Архитектура двадцатого века долгое время пыталась вытравить всё «человеческое» и «мелкобуржуазное» ради рациональных тоталитарных утопий, но в итоге проиграла частным «машинам желания». Эта лекция исследует, как ироничное сопротивление обычных людей — от любви к садовым гномам до интереса к китчу — проломило плотину планировочных решеток и изменило облик городов.
Внутри разбираются механизмы возвращения игры, цитирования и историзма в архитектуру конца XX века. Вы узнаете, почему постмодернистская теория, зародившаяся в левой европейской среде, воплотилась в архитектуре Голливуда и Москвы 90-х, а также чем постсоветский постмодернизм отличается от тбилисского или европейского. Лекция дает глубокий контекст борьбы «высокого» рационального стиля с мозаичностью частной жизни, объясняет претензии DOGMA к Захе Хадид и ставит вопросы о месте метамодернизма и актуальности архитектурного языка сегодня.
Отзывов пока нет. Будьте первым!